Н. Саква, Ю. Полежаева

Сам-три


      Честно признаться, я ни одной минуты не верил, что это сработает - только потому и согласился тогда на запись. А вы бы поверили? Ладно бы речь шла о переселении сознания из одного тела в другое - идея, можно сказать, привычная, отшлифованная сотнями фантастических романов и многовековой историей сказок, мифов и суеверий. Но копирование? Нет, понятно, что любую информацию теоретически можно скопировать - а как насчет души? Свобода воли, там, все дела? Короче, я слушал Валерку, кивал, а сам был твердо уверен, что все, что они получат - это бешеные терабайты мертвой, не поддающейся расшифровке информации на безумно дорогом носителе, материал для пары монографий и втык от начальства. А я получу очень приличные бабки и отбуду с Аленой на Канары снимать стресс.
      И нет бы мне задуматься, а почему, собственно, деньги такие большие? И почему никто из Валеркиной лаборатории сам на них не соблазнился? Конечно, процедура малоприятная и, чего уж там, достаточно рискованная: шутка ли, почти неделю в полной отключке на чисто аппаратном поддержании жизни. Но в этом отношении я как раз Валерке доверял полностью, мы с ним со школы дружим. А к его научным бредням я всегда относился снисходительно... Эх, подозреваю, что главное, что заставило меня согласиться - это недостаток воображения. Уж в его-то команде этим никто не страдал!
      В общем, когда очнулся я после записи и обнаружил у себя вместо рук манипуляторы, а вместо глаз - окуляры, то в первый момент подумал, что дружок меня все-таки обманул. Сейчас вспоминать стыдно, чего я ему наговорил - форменная была истерика. Валерка даже опешил поначалу - должно быть, не ожидал, что я до такой степени не представляю, на что подписался. Он уж и так, и этак оправдывался, в конце концов позвонил куда-то по мобиле, и через некоторое время открывается дверь лаборатории, и входит... я.
      Очень мне хотелось подумать, что это кто-то коварно захватил мое тело, и продолжить истерику - но к этому времени я уже припомнил все, что Валерка мне раньше втолковывал, и начал потихоньку соображать, что к чему.
      - Вот, Ник, посмотри, - говорит Валерка ему... то есть, мне... ну, то есть, бывшему мне... тьфу! В общем, тому мне, который вошел. - Твоя копия не верит, что он - копия, и требует назад тело, девушку и Канары. Объясни ему, а?
      Вот тут я себя во всей красе и разглядел. Он - в смысле, тот я, который вошел - удивленно на меня воззрился, в затылке почесал и наивно этак спрашивает:
      - Что, оно все-таки работает? И еще и требует чего-то?
      - Ну ты и гад! - не выдержал я. - Какое я тебе "оно"? Присвоил мое тело и мои деньги, и еще издеваешься?
      - Ну извини, брат, - он ухмыльнулся и развел руками, - обижать я тебя не собирался, но тело, сам понимаешь, мое, и поделиться им я не могу, даже если бы захотел. Да и деньги тебе теперь ни к чему. Так что я поехал заслуженно отдыхать - а тебе успехов в труде и научном поиске.
      Помахал ручкой и был таков. Нет, кто бы мог подумать, что я такая сволочь? Хотя он, поди, и до сих пор не врубается, что натворил. Все-таки, недостаток воображения и толстая шкура - эффективная защита от лишних переживаний.
      Ну а мне, переживай - не переживай, а пришлось смириться с тем, что я теперь манграмм - человек-программа. Зато первый и пока единственный в мире. Уж больно сложная, дорогая и ненадежная технология, ребята до сих пор не верят, что со мной все удачно сошло. Поначалу меня это мало грело, я больше думал о потерях, но постепенно вошел во вкус новой жизни. Конечно, грустно, что мне больше никогда ни с девушкой погулять, ни пивка выпить - но тот самодовольный тип, что сейчас в моем бывшем теле пьет пиво, никогда не побывает там, где побываю я, и не увидит того, что я увижу.
      За полгода полигонных испытаний я в полной мере оценил новые возможности и увлекся перспективами. Сложнее всего оказалось научиться переключаться с одного манграмм-модуля на другой. Для каждого автономного аппарата манграмм-модуль свой, специально выращенный под данную конфигурацию внешних датчиков и устройств, а я должен уметь с ними со всеми управляться. Только приноровился к колесам и манипуляторам - переписываешься в какой-нибудь глубоководный агрегат с винтом и присосками, только плавать научился - изволь учиться летать...
      Но я не жаловался, потому как становилось все интереснее и интереснее. Вскоре я уже вовсю ловил кайф, меняя колеса на ракетные движки и обратно. Главное, не допускать больше никакого копирования - никто не скажет, что я не способен учиться на своих ошибках! Собственно, мне об этом Валерка с самого начала толковал, но я только сейчас как следует его понял. Что называется, на собственной шкуре осознал, что любая манграмм-копия - это такой же я с полным объемом самосознания.
      - Крепко запомни, Ник, - говорил Валерка, - здесь-то мы тебя и со дна достанем, если что, а в космосе ты будешь один, и никакой посадочный манграмм-модуль для старта не предназначен. Когда ты в него загрузишься, модуль на орбите должен остаться чистым и готовым к приему, иначе тебе некуда будет возвращаться. Представляешь?
      Кажется, с воображением у меня от программизации, как ни странно, стало лучше. Я представил и содрогнулся. Ведь если в посадочном модуле и на орбите будут два полноценных меня - это ж мне придется или оставаться на поверхности до полного разрушения носителя, или затирать того меня, который на корабле и тоже жить хочет? Не-е-т, ребята, аккуратность, аккуратность и еще раз аккуратность, один раз я уже сам себя кинул, и теперь знаю, как это больно.
      Одно только плохо. Я-то, чтобы обеспечить чистый перенос вместо копирования, после сброса архива на внешнюю память отключаюсь, а значит самой пересылкой пакета и последующей загрузкой управляет обычная автоматика. А все мы знаем, что такое автоматика и каково на нее надеяться, верно? Здесь-то и оказалось слабое место.
      Собственно, проблемы можно было бы избежать, если бы в экипаже было несколько манграммов, которые бы друг друга страховали - но на это элементарно не хватило финансирования. Начальство, конечно, весьма впечатлилось результатами моей деятельности в жерлах вулканов, в аварийных атомных реакторах и в недрах затонувших кораблей, но искренне не понимало, зачем еще кого-то с такими трудами записывать, когда уже есть готовый вполне успешный манграмм, который, к тому же, можно размножить. Думаю, впрочем, что для руководителей недостаток воображения - даже не профзаболевание, а необходимое условие успеха.
      Как бы то ни было, в первый полет я отправился один. На торжественной церемонии перед стартом толкал речь аж премьер-министр, и я немало повеселился, слушая, как он не может найти верный тон, обращаясь, по бумажке, с прочувствованными напутствиями к космическому кораблю, на котором не было ничего живого. Третья ступень оборудована мощным динамиком, и я не смог отказать себе в удовольствии браво гаркнуть в ответ:
      - Служу родной науке до последнего байта!
      Боюсь, премьер не ожидал ответа. М-да... Возможно, именно в тот момент я и создал себе проблему. Но тогда еще ничто ее не предвещало, и я весело стартовал к Луне.
      Вообще-то лунный полет тоже считался тренировочным перед готовящейся экспедицией к Марсу, но задание было вполне серьезным. Требовалось провести разведку местности под будущую астрофизическую базу на обратной стороне - установить маяки, взять пробы грунта, оценить возможные помехи и так далее. Из каких-то политических пиар-соображений базу предполагалось разместить либо в кратере Королёв, либо в кратере Менделеев. Соответственно, на борту было два посадочных манграмм-модуля и два полных комплекта оборудования.
      На орбиту я вышел без приключений, посадил один модуль в Королёв, благополучно перекачался, загрузился и начал работать. Кратер здоровый, так что я постарался прилуниться в начале местного дня, и в запасе у меня было две недели светлого времени.
      Все бы хорошо, да только никакие наземные тренировки не дадут полноценного навыка работы на лунной поверхности. Это ж только с орбиты кажется, что кратер - это гладкая круглая полянка в гористом венчике, а при ближайшем рассмотрении там очень даже пересеченная местность. Малые кратерочки друг на друге сидят, мелкими погоняют - и скал довольно, и расщелин. Видимость при этом, несмотря на вакуум, весьма так себе, контрастности окуляров не хватает, на освещенных участках приходится фильтры ставить, а в тени и вовсе мало что разберешь. Опять же, тяжести почти нет, сцепление с грунтом слабое, колеса то и дело пробуксовывают. Короче, пока приноровился, от графика отстал.
      У меня, понятно, пяток самых перспективных площадок были заранее присмотрены, дело было только за тем, чтобы все их объехать и сравнить. И вот уже время к закату, а у меня одна площадка осталась неосмотренной, и как назло поперек дороги - скальная гряда. Прикинул я, что ее объезжать - точно до захода Солнца не успею. И что бы мне плюнуть на последнюю площадку, обойтись теми, что уже прошел - так нет, хотелось, как лучше. Ну, вы понимаете?
      В общем, решил я последнюю площадку если уж не полностью исследовать, так хоть просто визуально оценить. А для этого забраться повыше - конкретно, на тот самый хребет, что мне дорогу преградил... Ох, не зря говорят, что умный в гору не пойдет. Тем более, на колесах не поедет. Но я себя тоже совсем уж дураком не считал, поэтому предварительно свинтил и сгрузил у подножия все лишние тяжести, которые мне наверху все равно бы не понадобились - буровую установку, там, анализаторы всякие и много еще чего, включая, между прочим, параболическую остронаправленную антенну. И полез, значит, изо всех сил цепляясь манипуляторами.
      Между нами говоря, совершенно идиотская была затея. Забраться-то я на гребень забрался, хоть и медленнее, чем надеялся, окуляры на максимум выдвинул и панорамную съемку произвел - да все равно на закате при таком косом освещении толку от этого чуть. Зато потом вниз спускаться пришлось в густой тени. Ну и доигрался, ясное дело, влетел колесом в расщелину и несколько часов из нее выбирался. А что было делать? Антенна-то внизу, без нее назад на орбиту не попасть.
      Короче, когда я до своего "склада" доковылял, уже не только Солнце село, но и аккумуляторы были на исходе. Я все-таки решил попробовать наверх перекачаться. Сбросил архив на внешку, передал управление автоматике и отключился.
      Тут надо сказать, что при обмене с орбитой есть одна сложность - слишком малый период прямой связи. Проще говоря, спутник уходит за горизонт слишком быстро, чтобы можно было успеть передать весь архив за один сеанс. Приходится перекачиваться пакетами за два-три витка, и занимает это удовольствие несколько часов. Так что когда я очнулся опять в том же кратере и с пустым основным аккумулятором, то даже не очень удивился. При такой системе вероятность сбоя высока, а на повтор передачи не хватило энергии, вот автоматика меня и активировала по схеме "аварийная ситуация".
      Я, впрочем, особо аварийной ситуацию тогда не посчитал - всего лишь досадная накладка, из-за которой торчать мне в этом кратере еще две недели до нового дня. Но НЗ на sleep mode и перезагрузку у меня в дополнительном аккумуляторе оставался, так что ничего страшного. Законсервировался, прикопался грунтом, чтобы не замерзнуть, и спокойно отключился до восхода.
      Ладно, проснулся утречком, выполз на солнышко, отогрелся, подкормился, приободрился - и решил, раз уж я в Королеве задержался, довести все-таки дело до конца. Навесил опять на себя все устройства, обогнул, как положено, хребет - и не зря, между прочим, старался, самая удачная оказалась площадка. Я так увлекся работой, что только через неделю снова собрался возвращаться на орбиту - с приятным чувством выполненного долга.
      Навелся на спутник, сбросил на внешку архив, активировал автоматику, отключился... Прихожу в себя - опять все там же. Что за черт? Смотрю протокол сеанса и выясняю, что на втором витке антенна потеряла настройку. Ладно, думаю, какой-то глюк, попробуем еще разок сначала.
      Повторил. Очнулся снова на том же месте. Снова на втором витке антенна ушла! И что делать? Признаться, я слегка запаниковал. Прямой связи с Землей отсюда, с обратной стороны Луны, нет, сам я причин неполадки найти не могу - как же вернуться на орбиту? И решился я со страху нарушить главное правило техники безопасности, о котором мне столько толковал Валерка - остаться после архивирования активным и управлять настройкой антенны при перекачке архива вручную.
      Идея была в том, что на борту есть еще один манграмм-модуль, для посадки в Менделееве. Я, значит, загружаюсь на корабль и уже с орбиты тоже вручную управляю перекачкой оставшегося внизу манграмма в свободный модуль. Нас, конечно, после этого получится двое, но зато оба на борту. В Менделеев, правда, сажать при таком раскладе уже будет нечего, но я наивно понадеялся, что за спасение второго активного манграмма мне простят не полностью выполненное задание.
      Ну, вы уже догадались, да? Точно. Когда я очнулся в корабле, обнаружил, что свободного модуля на борту нет - он вторую неделю катается по Менделееву и как раз тоже собрался обратно. Оказалось, что благополучно прошла еще та перекачка, которой я сбрасывался в конце прошлого дня с севшими аккумуляторами. Сбойнуло только обратное сообщение об успешной закачке, вот автоматика меня, как положено, и перезагрузила. А потом мы с менделеевской копией одновременно решили наверх возвращаться и перетягивали друг у друга антенну спутника.
      Так и вышло, что вместо двух активных меня нас получилось трое, из которых двое на Луне. Причем, заметьте, не просто три копии меня - а три копии с существенно разным опытом. Один я частично прошел Королёв, зато изучил Менделеев, другой я внизу хорошо исследовал Королёв и приобрел опыт ручного управления антенной - и, наконец, я, который очнулся на борту и разобрался, что произошло. И ни одного свободного модуля.
      В общем, посовещались мы, посовещались - да выбора-то нет. Ребята внизу продолжили исследования, каждый в своем кратере, чтобы времени зря не терять - а я полетел домой за подмогой. И вот тут меня ждал сюрприз.
      Начальство выразило неудовольствие, что я вернулся с информацией только по Королеву, но решило, что данные по Менделееву не стоят того, чтобы отправлять за ними дорогостоящую лунную экспедицию с еще более дорогостоящим манграмм-модулем. А уж идея "спасать" манграмм из Королева, копия которого и так в наличии - это вообще бред. Люди? Какие еще люди? Да вся программа замены в дальних полетах людей на манграммы была принята только затем, чтобы избежать подобных трудностей! Скажете тоже - люди! Всего лишь копии программ. Остались на Луне? Выключить, стереть и забыть.
      Хорошо, что Валерка меня остановил - а то я уж было начал возбухать. Он мне потом по секрету сказал, что в верхах уже всерьез обсуждалась идея пренебречь "неудачным" лунным опытом и закачать в марсианский корабль архив той же моей копии, которую закачивали в лунный. Интересно, как бы они в этом случае мне объясняли, куда делся я-лунный? Или вообще соврали бы, что лунный полет не состоялся? Так ведь манграмм спокойно в сеть выходит, шила в мешке не утаишь! Подробности о возникших проблемах, правда, в прессу не просочились, но победных реляций о достижениях на Луне хватало. Как бы то ни было, эту дурацкую идею благополучно спустили на тормозах, и в марсианский корабль перекачали все-таки меня.
      Я к этому времени уже просек, что к чему, и старательно вел себя паинькой. На борт загрузили полдюжины манграмм-модулей - все, имевшиеся к этому времени, так что было за что притворяться. Не люди, говорите? Всего лишь копии программ, говорите? Ну-ну, посмотрим...
      Так вот и случился первый в истории человечества угон космического корабля.
      Спрашиваете, а что я в таком случае делаю на марсианской орбите? Дык... А что бы мы на лунной орбите делали? На Луне скучно - а на Марс я с детства мечтал слетать. Опять же, модулей запасных хватает - не столько, сколько бы надо на троих, но все-таки. А втроем так даже и веселее, не говоря уж, что безопаснее. Так что, когда я ребят с Луны на борт принял, мы подумали-подумали, да и полетели по маршруту. Интересно же! До последнего, так сказать, байта.
 
 


 
Начало  ->  Увлечения  ->  Тексты  ->  Конец